Интеракционный подход

За исключением недавнего исследования, которое пытается исчерпывающе определить науку как консенсус, возникающий среди групп исследователей, не предпринималось никаких попыток интеракционного исследования концептуального и теоретического содержания научного знания. Из трех остальных подходов наиболее систематичные и согласованные научные исследовательские усилия в социологии науки предпринимаются сегодня в интеракционном изучении научного сообщества или, точнее, сети коммуникаций и социальных отношений между учеными, работающими в отдельных областях или во всех областях. Этот подход сначала

использовался при изучении научной производительности исследовательских групп в лабораториях. Недавнее смещение внимания от лабораторных групп к сообществам, охватывающим различные области исследования,

во многом произошло под влиянием складывающегося представления о науке как работе сообщества в социологическом смысле.

Эта идея, впервые сформулированная Майклом По-ланьи в 1942 году, недавно была доработана Томасом Куном. По мнению Куна, ученые в определенной области образуют закрытое сообщество. Они изучают определенный круг проблем при помощи методов и инструментов, специально предназначенных для этого. Их определение проблем и их методы исследования вытекают из профессиональной традиции теорий, техник и навыков. И они приобретаются путем длительного обучения, которое сопряжено — на деле, если не в принципе — также с некой идеологической индоктринацией. Правила научного метода, установленные логиками науки, согласно Куну, не дают адекватного описания того, чем занимаются ученые. Ученые не занимаются проверкой и опровержением существующих гипотез, чтобы установить новые и более обоснованные. Скорее, подобно людям, занимающимся другими профессиями, они считают самоочевидным, что существующие теории и практики обоснованны, и используют их в своих профессиональных целях, к которым обычно относится не открытие новых теорий, а решение конкретных проблем, вроде измерения констант, анализа и синтеза состава или объяснения функционирования части живого организма. В поисках решения исследователь использует в качестве своей модели или парадигмы существующую традицию исследования в своей области. Он считает самоочевидным, что существует решение его проблемы, и потому видит в проблеме «загадку».

Одно из следствий этого состоит в том, что наука изолирована от внешнего социального влияния, потому что то, что ученые считают проблемами и способами решения этих проблем, определяется их собственной традицией. Она определяет, какие вопросы могут быть заданы, а какие должны быть исключены, и она определяет нормы поведения и критерии оценки. Более молодые ученые воспитываются в ней; зрелые ученые поддерживают ее и передают ее следующему поколению. Посредством ее принятия происходит вступление в сообщество, которое, как и все сообщества, делает его членов более восприимчивыми друг к другу и менее восприимчивыми к чужакам. Современная физика, например, в Советском Союзе ничем не отличается от физики в других местах, несмотря на тотальные интеллектуальные притязания коммунизма. Даже знаменитый конфликт по поводу генетики не привел к реальному вторжению ненаучных критериев в мысль научного сообщества. Скорее этот конфликт представлял собой насильственное подавление научного сообщества деспотическим режимом, инициированное шарлатанами. Таким образом, хотя наука считалась деятельностью группы людей («научного сообщества» или скорее «сообществ», специализированных областей), эта группа была настолько эффективно изолирована от внешнего мира, что черты различных обществ, в которых живут и работают ученые, во многом могут быть оставлены без внимания.

Поскольку нормы и цели научных сообществ определяются состоянием науки, их социология сравнительно проста. Это, конечно, не делает их менее интересными. Эти сообщества могут служить примером крайнего проявления эффективного социального контроля при помощи минимума неформальных санкций. Сюда относится один из интересных случаев, когда группа людей сплачивается общей целью и общими нормами, не нуждаясь в поддержке со стороны семейных, экологических или политических уз.

Но эта схема, которую Кун называет «нормальной наукой», с его точки зрения, не объясняет научных изменений, объяснение которых является его основной целью. Кун рассматривает научные изменения как череду «революций». Каждая парадигма рано или поздно доходит до своей точки интеллектуального исчерпания. Некоторые загадки сохраняются и сопротивляются решению, и через какое-то время получает распространение убеждение, что они не могут быть разрешены при помощи существующих моделей теории и процедуры. Затем в научном сообществе, как и в любом другом сообществе, возникает кризис, когда вдохновляющих его целей оказывается невозможно достичь при помощи общепринятых средств. Это состояние, которое социологи называют аномией (отсутствием норм); она широко изучалась как основа социальных девиаций и изменений. Согласно Куну, в такие периоды кризиса барьеры между наукой и широкими интеллектуальными течениями в обществе падают. В своем поиске новой ориентации ученые в переживающей кризис области начинают интересоваться множеством философских идей и теорий, далеких от их собственной специальности. Больше не существует консенсуса относительно верного подхода к проблемам, и невозможно предсказать, какая модель мысли возникнет из того, что послужит отправной точкой для появления новой парадигмы.


::Следующая страница::