Вклад философов в раннюю науку

Второй группой в обществе, которой, как и технологам, принадлежит заслуга создания ранней науки, были философы. По своим интересам и целям философы играли традиционную роль, наиболее близкую к роли современного ученого. Не все философы интересовались физическими явлениями, но обычно люди с научным темпераментом, снедаемые желанием постичь природу такой, какая она есть, чаще всего встречались именно среди философов.

Лишь меньшинство распространенных обществ признавало важность самостоятельной роли философа. Обычно философскими исследованиями занимались религиозные мудрецы, для которых философия была не самоцелью, а средством, встроенным в образ жизни, ведущий к спасению. Даже если среди них были люди, личные цели которых были чисто интеллектуальными, остальное общество этих целей не понимало или не принимало. Чтобы выжить, философия должна была быть помещена в морально-религиозную традицию. Мудрец должен был быть учителем и образцом благой жизни, которая открывалась его философией. В действительности роль философа была также прикладной, а не чисто интеллектуальной.

Прекрасным примером этого служит история сотворения мира в Книге Бытия. Очевидный посыл истории состоит в том, чтобы показать, что все представляет собой творение Бога, что человек — это венец творения и что он был сотворен по образу и подобию Божьему. Но для этого было бы достаточно намного более простой истории; тогда возникает вопрос: не состояла ли цель изначальной истории в том, чтобы предложить такое объяснение творения, которое имело бы некий логический смысл? Имеются свидетельства стремления осмыслить состояние, предшествующее творению, попытки выделить исходные элементы, из которых возникли материя и жизнь, и предложить видение геологической и биологической эволюции. Но в той форме, в которой до нас дошла эта история, первоначальная цель объяснения, если таковая вообще существовала, была затушевана и затуманена морально-религиозными мотивами. Личность и образ мысли натурфилософа, который, возможно, создал эту историю, были полностью утрачены.

Схожая судьба постигла китайскую и греческую натурфилософию. В конце концов они стали философскими сектами, зачастую с сильной склонностью к магии и мистике. В результате натурфилософия и вовсе перестала служить контекстом для какого-либо систематического исследования.

Натурфилософия сохранилась как интеллектуальное стремление, подчиненное законам логики, лишь в немногих распространенных обществах, где возникла социальная роль общего или морального философа. Аристотель был выдающейся фигурой и образцом этой роли в европейском и ближневосточном мире на протяжении почти двух тысячелетий. Конфуцианский ученый в Китае выполнял схожую роль, и зачаточные версии подобной роли существовали и в других местах. Эта роль появилась в истории позднее роли технолога. Только в Греции и Китае эта роль была светской, и только в эллинистическом мире она была отделена от практической роли законоведа и администратора. Социальная функция философа заключалась в нахождении — при помощи рассуждений — пути, ведущего к индивидуальному и социальному совершенствованию. Основной акцент делался на метафизике и моральной и политико-правовой философии (зачастую сопровождавшейся философской практикой). Понимание места Земли в космосе и места человека в природе играло второстепенную роль в их философских интересах.

Поскольку философа обычно считают прямым предшественником ученого, важно понимать, в чем состоят сходства или различия этих двух ролей. Традиционный философ, как и ученый, был заинтересован

в постижении — при помощи логических моделей — некой «реальности». Но парадигматической реальностью для традиционного философа служил человек и/или Бог. Естественные события казались менее важными, чем людские (или религиозные дела), и считались недоступными человеческому разуму и вмешательству. Разум прилагался прежде всего к моральным проблемам, которые он был способен постичь и разрешить во имя благой цели.

Если разделять роли на цели и средства, то существовало значительное сходство между средствами традиционного философа и современного ученого: оба верили в логику и обращение к эмпирическим данным. Но цели обеих ролей были различными: философ стремился понять человека созерцательно, чтобы влиять на него, тогда как ученый пытался объяснить природу и аналитически предсказывать естественные события. Поэтому с точки зрения целей ученый ближе к натурфилософу (даже если последний является приверженцем магии и мистики), чем к общему философу.

Поэтому очевидно, что в долгосрочной перспективе социальная роль общего философа давала не слишком много стимулов для научных усилий и творчества. Но она служила подходящей структурой для сохранения и иногда улучшения научной традиции, а также (при определенных условиях) для определенной реальной научной работы. Причина этого состояла в том, что общая философия, которая интересовалась прежде всего делами человека и общества, была рациональной и в меньшей степени подверженной влиянию магии и мистики, нежели натурфилософия, которая стремилась постичь тайны вселенной. Здравый смысл и практическое знание человеческих дел исключали полет фантазии, характерный для спекуляций о жизни и смерти, солнце, луне и звездах или о громе и молниях. Поэтому в той степени, в какой научное знание становилось частью общей философской традиции, оно излагалось в виде логических суждений, а не знания, передававшегося в традициях натурфилософии. Кроме того, философы были людьми, обладавшими определенной интеллектуальной закалкой и зачастую необычайным любопытством, в том числе, в некоторых случаях, по-настоящему научным любопытством. Они также имели больше свободного времени, чем все остальные. Поэтому вероятность внесения ими время от времени своего вклада в науку была значительной. Наконец, как было отмечено, философская цель предоставления людям систематической познавательной ориентации в мире, в принципе, включала определенные попытки толкования природных явлений, которые во все века волновали и озадачивали людей (жизнь, смерть, небо и т.д.).


::Следующая страница::